Как распознать бактериальный ожог плодовых культур и предупредить его распространение на другие растения - 1

02.07.2014

"Пожар в саду без огня"

Весной 2012 года в период цветения садов на юге Псковской области я оказался свидетелем поражения многолетнего дерева груши, которое высотой было более шести метров, заболеванием бактериального ожога. Дерево производило впечатление обоженного по периферии ветвей огнем. Недаром эту болезнь называют «пожаром без огня». К середине вегетационного сезона груша полностью засохла и была выкорчевана хозяином.

Бактериальный ожог вишниШирится, растет заболевание…

Первая вспышка этого бактериоза (возбудитель бактерия Erwinia amylovora) в мире зафиксирована в конце XVIII века на востоке США (штат Нью-Йорк), за полтора столетия он завоевал весь континент. Сейчас уже это заболевание зарегистрировано в Южной Америке  (Мексика, Гватемала, Чили), в Африке (Зимбабве, Египет, Ливан, Израиль), в Европе (Великобритания, Нидерланды, Польша, Дания, Бельгия, Франция, Германия, Люксембург, Швеция, Норвегия, Ирландия, Греция, Чехия, Словакия, Швейцария, Болгария, Югославия, Италия, Латвия), в Новой Зеландии, Турции и другихгосударствах. Бактериальный ожог поражает более 180 видов плодовых и кустарниковых растений из семейства розоцветных, но наибольшую восприимчивость к патогену имеют груша, кизильник, яблоня, боярышник, айва, ирга, рябина; также (несколько слабее) могут поражаться земляника, малина, роза, вишня, слива, черешня, абрикос, ряд декоративных культур, которые нередко становятся резерваторами-рассадниками бактериальной инфекции. По степени вредоносности этот бактериоз не имеет равных среди известных болезней плодовых культур. При благоприятных для патогена условиях может пройти всего несколько недель от заражения до полной гибели молодого дерева. В сильно зараженных садах это инфекционное заболевание способно поразить до 50% насаждений, из которых 20% вскоре полностью погибают.

В мировой практике рекомендуют выкорчевку и сжигание растений в садах, где усыхание деревьев достигает 30% и более.  В тех государствах, где выявлен данный бактериоз, уничтожают десятки и сотни гектаров плодовых растений, ценнейшие сортовые коллекции, затрачивают колоссальные средства на раскорчевку погибших деревьев и восстановление садов. Например, в ФРГ в 1971 году выкорчевали 18 тысяч деревьев (первоначальная стоимость затрат 350 тысяч марок). В 1989 году уничтожены десятки гектаров грушевых и айвовых деревьев в Армении. Из-за бактериоза в Голландии выкорчевали почти 8 гектаров насаждений груши и более 20 км живой изгороди из боярышника (сожжено 175 тысяч кустов).

В 1991 году бактериальный ожог сумел причинить значительный ущерб (3 млн. долларов) яблоневым садам в штате Мичиган (США), так как погодные условия ряда предыдущих лет благоприятствовали распространению болезни и развитию ее патогена.

Более 10 лет назад специалистами украинской Госслужбы по карантину растений бактериальный ожог был выявлен в Закарпатской и Черновицкой областях. В 2013 году фитобактериологи минского государственного университета официально объявили о наличии его в Беларуси. Экономический ущерб выражается не только в потерях урожая и гибели плодовых деревьев, но и в затратах на выкорчевку и восстановление садов. По мнению ряда специалистов, для Российской Федерации только прямые потери могут составить от 3,3 до 33,4 млрд. рублей в год.

Длительный период считавшаяся объектом внешнего карантина и характерной даже для более южных широт Российской Федерации данная болезнь в последнее десятилетие значительно расширила свой ареал, осваивая новые (более северные) территории. Активно распространяясь и причиняя большой вред садоводству, в последнее пятилетие она вторглась уже в нечерноземные и нечерноземные области. По сведениям российской карантинной службы, ее очаги обнаружены в Калининградской, Самарской, Саратовской, Воронежской, Тамбовской, Липецкой, Волгоградской, Белгородской и других областях, в Карачаево-Черкесской Республике. Возможно появление этого заболевания и в условиях южной части Ленинградской области.

Признаки заболевания

Одной из наиболее уязвимых плодовых культур считают грушу. Заболевание на ней обнаруживают, как правило, в мае-июне (период цветения). Оптимальными условиями для развития его возбудителя в это время является относительно высокая влажность (70%) и температура выше 18°С. В середине лета (из-за повышения температуры воздуха и снижения влажности) развитие бактериоза может приостанавливаться.

На больной ветке почки не раскрываются, чернеют и засыхают, но не опадают. На первой стадии болезни заболевание начинается с соцветий (внезапно чернеют и увядают, оставаясь на дереве), а затем переходит на побеги и ветки. Концы молодых веточек довольно быстро (в зависимости от температуры воздуха) засыхают, их молодые листочки буреют с кончиков и от краев к середине (каемочное потемнение листьев), из устьиц возможно выделение молочно-белого экссудата, позднее они чернеют, но не опадают, оставаясь на дереве в течение всего периода вегетации.

Из пораженного участка инфекция вторгается через средние жилки листка в черешок и дальше. Сами верхушки побегов сначала становятся коричневыми, а потом угольно-черными, словно их обожгли паяльной лампой. По мнению специалистов, специфическим проявлением бактериоза может служить также крючкообразное сгибание кончиков побегов. Бактериальная инфекция начинает быстро распространяться вниз по дереву. Специалисты отмечают размягчение и растрескивание коры, выделение экссудата в виде капель молочно-белого цвета. Срез коры в таких местах характеризуется своеобразным «мраморным» рисунком с красновато-коричневым оттенком. Они также отмечают отслаивание эпидермиса (в виде пузырей) и растрескивание коры, в результате чего появляются своеобразные зоны (как бы ожог), четко отделенные от здоровых тканей. Нередко фиксируют  на ветвях клиновидно очерченные язвы, которые, быстро увеличиваясь, распространяются с верхней части кроны на ствол. В таких открытых ранках может выступать бактериальный экссудат, из которого с дождем и ветром бактерии переносятся на большие расстояния. В случае благоприятных условий погоды (высокая влажность воздуха, отсутствие жары) и при наличии повреждений на листьях и побегах они вызывают заражение. Этим можно объяснить усиление болезни после бури с градом.

Бактериальная инфекция проникает в растения через ранки и трещины побегов, нектарники цветков и реже - через раскрытые устьица листьев. Она переносится муравьями, насекомыми-опылителями (пчелами, осами, мухами) и сосущими вредителями (тлями, листоблошками, клещами и др.), передается с перелетными птицами (особенно дроздами и скворцами), дождем, ветром и поливными водами, а также с плодами и упаковочным материалом. Попадая в растительную ткань, бактерии быстро размножаются и разносятся по сосудистой системе с движением сока, вызывая отмирание тканей. Молодые (незрелые) плоды могут заражаться через поры в кожице или ранки, нанесенные механически ветками или вредителями. Такие плоды становятся коричневыми или черными, а после засыхания (мумифицирования) продолжают висеть на плодоножках. На спелых плодах поражение ожогом проявляется в виде небольших некротических пятен черного цвета, при этом выступает экссудат, хотя, по мнению отдельных специалистов, данного явления иногда не наблюдают.

Признаки бактериоза на яблоне и кизильнике (самый восприимчивый из декоративников), в целом, аналогичны симптомам на груше. Однако на первой культуре патоген распространяется по сосудистой системе медленнее, и листья бывают преимущественно красно-коричневого оттенка, а у второго пораженная внутренняя ткань более светло-коричневого цвета, и красноватый оттенок листьев менее выражен. На инфицированном боярышнике отмечают увядание молодых побегов, при этом желто-коричневые язвы появляются на побегах только на следующий год после заражения. Листья на таких побегах обычно сморщиваются и опадают.

Окончание следует

Александр Лазарев, кандидат биологических наук,
старший научный сотрудник ВИЗР, г. Пушкин



Поделиться в соцсетях:

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru